Без Артемия Панарина «Нью-Йорк Рейнджерс» стремительно деградировали из претендента на плей-офф в одну из самых беззубых команд Востока. Клуб, еще недавно воспринимавшийся как угроза любому сопернику, сейчас превратился в удобного оппонента, которого обыгрывают все, кому это нужно. Последний матч против «Оттавы» лишь подчеркнул масштаб кризиса и выставил напоказ главную проблему: без Панарина атака «Рейнджерс» попросту перестала существовать.
Домашняя игра на «Мэдисон Сквер Гарден» завершилась поражением 1:2, но финальный счет не передает реального разрыва в классе. За 60 минут хоккеисты «Рейнджерс» сумели нанести лишь девять бросков в створ ворот — цифра, от которой холодеет даже у самых преданных болельщиков. Это не просто слабое выступление, а исторический провал.
Девять бросков за матч — худший показатель в НХЛ с 4 декабря 2003 года, когда «Вашингтон» ограничился таким же количеством попыток в игре против «Нью-Джерси». Для самого «Нью-Йорка» это абсолютный антирекорд за всю историю ведения официальной статистики, начиная с сезона-1959/60. Фактически болельщики стали свидетелями одного из самых бездарных атакующих выступлений клуба за более чем полвека.
Для «Оттавы» эта встреча, напротив, получилась исторической в позитивном смысле. Канадский клуб впервые в своей истории не позволил сопернику сделать даже десять бросков по воротам за матч. Предыдущее достижение — 11 бросков соперника — теперь выглядит почти щадящим на фоне того, что продемонстрировали «Рейнджерс». На этом фоне гол Конора Шири скорее напоминает случайный всплеск активности, а не закономерный итог давления и игрового преимущества.
Единственный, кто по-настоящему соответствовал уровню НХЛ в составе «Рейнджерс», — Игорь Шестеркин. Российский вратарь снова вытащил команду там, где это было возможно: отразил 31 из 33 бросков, показав 93,94% надежности, и заслуженно был признан третьей звездой встречи. Но даже его высокий процент сэйвов не спас команду от очередного поражения.
Для Шестеркина это уже 21-е поражение в сезоне — цифра, которая совершенно не отражает его уровень. В среднем по чемпионату он держит солидные 91,2% отраженных бросков при коэффициенте надежности 2,55. Для большинства команд в лиге это статистика голкипера, с которым выигрывают регулярно. Но у «Рейнджерс» эти показатели в результате разбиваются о пустоту впереди.
Сложившаяся картина крайне показательная: вратарь дает шанс в каждом матче, регулярно спасает при провалах обороны, но партнеры его не поддерживают ни в созидании, ни в реализации. Когда команда за игру бросает по воротам соперника девять раз, говорить о каких-либо шансах на победу серьезно уже нельзя. В таких условиях даже идеальный голкипер будет выглядеть статистом в чужой победе.
Кризис «Рейнджерс» по времени практически полностью совпал с потерей Артемия Панарина. С момента его отстранения перед обменом в «Лос-Анджелес» команда смогла выиграть всего шесть из 18 матчей. Это не просто спад формы, а системный обвал, напрямую связанный с уходом главного креативного форварда.
Панарин годами был мозговым центром атаки «Рейнджерс». Через него строились большинство комбинаций, он создавал пространство для партнеров, брал на себя игру в ключевые моменты и стягивал на себя оппонентов. Без него у команды исчезла связность в нападении — передачи стали предсказуемыми, входы в зону потеряли остроту, а моменты у чужих ворот перестали возникать сериями. Матч с «Оттавой», в котором за час игрового времени набралось всего девять бросков, стал предельным выражением этой проблемы.
Тем ярче на общем фоне выглядит то, как быстро Панарин вписался в «Лос-Анджелес Кингз». На другом конце лиги он за считаные матчи стал главным мотором атаки новой команды. С момента дебюта он уже набрал 17 очков (6 голов и 11 результативных передач) и вышел в лидеры «Кингз» по набранным баллам. То, чего так не хватает «Рейнджерс», он моментально принес в другой клуб: стабильное создание моментов, работа на большинство, умение держать шайбу и разрывать оборону соперника.
Контраст между двумя командами очевиден. Пока «Кингз» получают мощный импульс и усиливают свои шансы в борьбе за высокие места, «Рейнджерс» катятся вниз и обнуляют ожидания на сезон. Панарин в одном клубе усиливает нападение до топ-уровня, а его отсутствие в другом обнажает все структурные проблемы.
Текущее положение «Нью-Йорка» в таблице Восточной конференции лишний раз показывает глубину кризиса. После 71 матча у команды только 65 очков — это последнее место на Востоке. «Оттава», которая без особых усилий обыграла «Рейнджерс», идет десятой с 83 очками и еще сохраняет шансы зацепиться за плей-офф. Разрыв в 18 очков при такой игре в атаке выглядит уже практически непреодолимым.
И дело не только в цифрах. Поражение от «Оттавы» нельзя рассматривать как случайный провал или неудачный вечер. Это концентрированное отражение всего, что происходит с «Рейнджерс» в этом сезоне: слабая реализация, мизерное количество бросков, полная зависимость от вратаря и отсутствие ярко выраженного лидера в атакующей линии. В совокупности это складывается в один из самых разочаровывающих сезонов клуба за последние годы.
Особо тревожно, что команда не демонстрирует даже намека на перестройку игрового стиля без Панарина. Вместо того чтобы перераспределить ответственность, упростить хоккей, сделать ставку на интенсивность, «Рейнджерс» выглядят пассивно и задумчиво. Линии атаки часто меняются, но это больше похоже на попытки наугад найти рабочие сочетания, чем на выстроенный план.
Тренерскому штабу предстоит отвечать на жесткие вопросы. Как компенсировать потерю игрока, вокруг которого годами строилась вся система нападения? Почему второе и третье звенья не в состоянии выйти из тени и взять на себя роль драйвера атаки? Где спецбригады большинства, которые в теории должны тащить, когда не идет игра в формате «5 на 5»? Пока ответ один — их просто нет.
Не менее болезненно выглядит и психологический аспект. Постоянные поражения при хорошей игре вратаря ломают команду изнутри: защитники начинают играть излишне осторожно, боясь ошибки, форварды — избегать риска и решений, которые требуют смелости. В результате хоккей становится тяжелым и вязким, а любая попытка обострить игру гасится еще на подступах к зоне атаки.
При этом потенциал у коллектива остается. В составе есть игроки, которые способны прибавить — как в роли снайперов, так и в роли плеймейкеров. Вопрос в том, сможет ли тренерский штаб выстроить новую модель игры, в которой команда не будет зависеть от одного яркого форварда так критично, как это было при Панарине. Без изменения подхода к игре даже возвращение звездного уровня хоккеистов не гарантирует выхода из кризиса.
Текущий сезон с высокой долей вероятности уже можно заносить в разряд провальных. Отставание от зоны плей-офф, отсутствие стабильной игры, провалы в ключевых матчах и исторические антирекорды — все это не оставляет простора для оптимистичных трактовок. Но именно такие сезоны часто становятся отправной точкой для серьезных изменений.
В межсезонье клубу придется определяться с вектором развития: либо точечные изменения в составе и настроеке тактики, либо более глубокая перестройка с пересмотром ролей, ставок на молодежь и возможной корректировкой тренерского штаба. Нынешняя модель, как показал период после ухода Панарина, не выдерживает ни малейшего удара по ключевому элементу.
Сегодня «Рейнджерс» — команда, которая живет за счет спасений Шестеркина и редких вспышек в атаке. Без кардинальных решений это будет повторяться из сезона в сезон. И чем дольше клуб будет игнорировать очевидную зависимость от одного игрока и одного вратаря, тем чаще болельщикам придется видеть на табло не только поражения, но и новые антирекорды, подобные тем, что были установлены в матче с «Оттавой».